––––– Причал ––––– Просто ––––– Ритмы ––––– Мостки ––––– Брызги ––––– Аврал


Pero
Белые пески и вокруг них
(Парное выступление с Кандидом)

Юкка, главный цветок пустыни

Летом 96-го года в подвале недалеко от центра Торонто в районе бывших красных фонарей трое русских и один китаец закончили программный проект. Проект был так себе, но хозяин компании, владевшей тем подвалом, сумел ее впарить легкомысленному покупателю. Покупателем была очень приличная по размеру компания из Эль-Пасо, Техас. Зачем эль-пасцы купили ту программу – по сию пору никто доподлинно не знает, возможно, что они углядели в ней (не совсем обоснованно) угрозу своей основной продукции и скупили изделие конкурента, чтобы надежнее упрятать его под сукно. Во всяком случае, на рынок та программа так никогда и не вышла. И хорошо, что не вышла, нечему там было выходить. По странному стечению обстоятельств главный администратор из Эль-Пасо через два месяца после покупки был с позором изгнан со своего поста. Но это было позже, а в тот момент торонтский подвальный бизнесмен выжал из покупателя максимум того, что мог. Во-первых, называя цену он «забыл» сказать, что имеет в виду не канадские, а американские доллары и покупатель обнаружил подвох, когда все документы уже были подписаны и менять что-либо было уже поздно. Во-вторых, к программе прилагался живой инструктаж на месте силами программистов – непосредственных авторов, но число инструкторов в документе указать забыли, а все расходы на инструктаж согласно четвертой странице третьего протокола были взвалены на покупателя.

Вот из-за всего из этого те трое русских и китаец, усиленные итальянцем и канадцем (которые вообще то служили в том подвале завхозом и геодезистом), отправились в зарубежный вояж в далекий Эль-Пасо. Сам хозяин благоразумно остался в Торонто, сославшись на плохую переносимость летнего климата в западном Техасе.
Надо сказать, что почти для всех нас Техас был связан с литературными либо историческими ассоциациями. Для русских Техас был местом похождений Всадника без головы. Канадец и итальянец были взволнованы оказаться там, где гулял Крошка Билли, Billy the Kid. Китайцу было в равной мере наплевать на того и на другого, для него Техас был просто кляксой на географической карте. После того как русские рассказали не русским, кто такой Всадник без головы, а не русские рассказали русским, кто такой Крошка Билли, вся группа приступила к расспросу хозяев, а где же они тут все-таки бесчинствовали. Хозяева, увы, никогда не слыхали, про Всадника без головы. А ведь среди них были и очень культурные люди, один даже знал, чья голова выбита на обороте десятицентовой монеты. Но про Крошку Билли знали все и итальянец с канадцем смогли наконец с благоговением прикоснуться к стенке халупы на окраине города, где, по слухам, Крошка Билли ночевал после очередного ограбления банка.

Впрочем, пардон, я отвлекся от основной темы рассказа. На вопрос, а что тут у вас посмотреть можно, нам сказали: А как же, у нас тут рядышком есть Белые Пески, а сразу за ним Аламогордо, там же Первую Атомную Бомбу взорвали, песок до сиз пор оплавленный. И мы поехали в пустыню. Вы когда- нибудь ездили в одной машине с пятью другими великовозрастными и достаточно объемными (не считая китайца) мужиками?
Километров через пятьдесят достаточно унылой дороги и переезда в соседний штат, Нью-Мексико, пейзаж слегка сменился, он стал каким-то более культурным. Потом посередине пустыни у дороги образовалась будочка и из нее вытек мужик в армейской форме. «Вы ребяты, тут чего делаете?» «Да мы тут катаемся. А тебе что?» «Да вот поставили, на вахте стою. А вы вообще то граждане?» «Не, мы не граждане, мы канадцы». «Ну тогда ладно. Вы тут поосторожнее давайте. У нас тут ракетная база и на сегодня как раз пуски назначены». Оказалось, что мы попутали дорогу и заехали на базу White Sands. Ту самую базу, где после вывоза из Германии содержался фон Браун и где он строил первую американскую боевую ракету. Развернуться сразу мы не могли, по обеим сторонам дороги возник легкий проволочный заборчик и пришлось ехать вглубь базы, чтобы найти достаточную для разворота площадку. А вокруг уже стояли ракеты. Небольшие такие ракеты. По виду зенитные, и в небо с небольшим углом нацеленные. С ракетной базы, готовой к пускам, мы после этого уехали на максимально возможной скорости, помахав на прощание часовому в будочке. Кроме предупреждения о ракетных пусках часовой посоветовал в случае прогулки по окрестным горам смотреть под ноги получше, потому что много неразорвавшихся снарядов от когдатошних артиллерийских стрельб по склонам валяется.

И следующим пунктом программы был наконец приезд в Национальный Парк Белые Пески. Среди желто-серо-земляной пустыни мы увидели белый песок, уходящий на много километров вглубь. От автопарковки ведут мостки, навешанные над песком, но это только вначале, а позже мостки кончаются, и можно всласть походить по этому чуду природы – тончайшему белому песочку. Солнце заходило, длинные тени от багрового заката стлались по белой подстилке, тишина, шорох ветра.

Ну его, это Аламогордо, когда вокруг такое невиданное чудо простирается.
К кругу остальных воспоминаний об Эль-Пасо относятся бесконечная череда мексиканских ресторанов (оказалось, что мексиканская пища совсем не острая, а, скорее, пресная. Кто хочет перца – на столе стоит. Перец стоит, а не тот, кто его хочет) и свое отчаяние на берегу пограничной реки. Вон за рекой – Мексика. Две минуты перейти по мосту – и там. Ильф и Петров как раз здесь переходили (см. их «Одноэтажную Америку»). А мне нельзя – в моей американской визе написано: «Въезд в США только из Канады». Какая свинья такой дурацкий штамп залепила? Была ли еще на свете подобная несправедливость? Стоять в двух минутах ленивого пешего хода от Мексики – и не мочь по мостику перейти. Ну что ж, как говорится, next time. Все будет, все еще будет.

Партия Кандида – здесь


Отозваться в Бортжурнале
Высказаться Аврально